left   right 


страница 24

Нелепость, как она проста.
Ты не поймешь ее, всегда,
глядя в глаза тебе, она —
очаровательно больна.
Подкупит, снова не заметишь,
потянет за собой беда.
Сильней тебя —
никто ее не знает.
И так родна тебе она,
во все
сует свой нос нелепость,
переводя труды поэтов,
их столь нелепый уху стиль.

666 300x150

Птичка застыла среди небес.
Не обратиться ли ей, наконец,
в лебедя белого.
Тут и конец мытарствам всем,
средь бурь и дождей.
Камнем упала птичка,
лебедь застыл, ожидая конец.

666 300x150

Рысь, как бы невзначай,
сглотнув слюну, избавилась от белки.
Так мы, обычно не страшась,
раскладываем клетки.
Предав, обидев, и убив —
ложимся спать, обиду затаив,
и поутру, застыв в комфорте,
«зеленым» делаем отсчет,
предполагая жить так — вечно,
грызя замызганную кость.







page 24

Absurdity, how simple it is.
You won’t be able to realize it
It looks you in the eye, forever
Looking so charmingly sick.
It’ll bribe you, you won’t even notice
And misfortune will pull you over.
And no one knows this stronger, than you do.
It is so native to you
Absurdity sticks her nose into everything
Interpreting poet’s oeuvre
So awkward style to hearing.

666 300x150

A Bird was stock-still among heavens.
should it turn into a white swan eventually.
There it is the end of all toils,
Among the windstorms and rains.
The Bird stooped down,
then the swan froze, while awaiting the end.

666 300x150

Trot swallows saliva
As it accidentally
Sloughed off a squirrel.
That’s how we usually lay out the cells.
Having no fear
As we have already betrayed, offended and murdered
We go to bed harboring an insult
And as we freeze in comfort in the morning
Counting out the “greenbacks”,
As we assume to live forever,
While biting a sloppy bone.




11   110   120   130   140   150   160   170